• RUB/USD
  • 0.00
  • 0.00
  • RUB/EUR
  • 0.00
  • 0.00
  • Золото
  • 0.00
  • 0.00
  • Платина
  • 0.00
  • 0.00
  • Brent
  • 0.00
  • 0.00

Власти проработают идею «мексиканской страховки» от падения цен на нефть

Правительство по поручению президента проработает идею защиты нефтегазовых доходов бюджета от падения цен путем покупки опционов на деньги ФНБ, сообщили источники «Интерфакса» и Bloomberg. Пока в мире так делает только Мексика.


Российское правительство прорабатывает идею хеджирования ценовых рисков для нефтегазовых доходов по аналогии с используемым Мексикой механизмом покупки пут-опционов. Указание рассмотреть такую возможность для защиты доходов государства от резкого падения цен на энергоресурсы дал правительству президент Владимир Путин, сообщили «Интерфакс» и Bloomberg со ссылкой на источники. Покупать нефтяные пут-опционы, по замыслу авторов инициативы, правительство может за счет средств Фонда национального благосостояния (ФНБ), куда поступают доходы бюджета от превышения ценами на нефть уровня в $42,4 за баррель (цена отсечения по бюджетному правилу на 2020 год).

С предложением рассмотреть возможность проработки программы хеджирования по цене отсечения к президенту обратилась «Роснефть», сообщил один из источников «Интерфакса». По его информации, помощник президента, бывший министр экономического развития Максим Орешкин поддержал идею и рекомендовал поручить правительству представить предложения по возможным параметрам хеджирования. Первый вице-премьер Андрей Белоусов в исполнение указания Владимира Путина поручил профильным министерствам проработать вопрос, проект доклада президенту министерства должны представить до 30 июля, знает источник «Интерфакса» в финансово-экономическом блоке правительства. Факт поручения подтвердил РБК федеральный чиновник.

Минфин выступает против программы хеджирования, сообщили два источника Bloomberg в российском правительстве. В России уже действует бюджетное правило для защиты от колебаний мировых цен на энергоносители, согласно которому все доходы от экспорта нефти свыше цены отсечения направляются в ФНБ, и наоборот, при падении нефтяных цен ниже этого уровня накопленные резервы фонда покрывают дефицит госбюджета (впервые это произошло в 2020 году). По оценке замминистра финансов Владимира Колычева, в текущем году будет использовано 250–300 млрд руб. из средств ФНБ.

Минфин, Минэнерго и «Роснефть» отказались от комментариев. РБК направил запросы пресс-секретарю президента России Дмитрию Пескову, Максиму Орешкину, а также представителям первого вице-премьера Андрея Белоусова и вице-премьера Юрия Борисова.

Как работает страховка от падения цен на нефть

Мексика — единственная страна в мире, которая использует программу хеджирования нефтяных цен на финансовом рынке. Для этого мексиканское правительство покупает пут-опционы на нефть, которые дают право через некоторое время продать нефть по зафиксированной цене: например, в 2020 году такая цена составляет $49 за баррель мексиканского сорта Maya.

На практике физическая нефть не продается: если фактические цены на нефть опускаются ниже той, что зафиксирована в финансовых контрактах, Мексика получает прибыль от разницы между этими ценами. Если нефть на рынке все время торгуется выше захеджированной цены, Мексика несет убытки в виде расходов на покупку пут-опционов.

Как писал в 2017 году Bloomberg, Россия и Катар были близки к решению об аналогичном хеджировании через банки Morgan Stanley и Goldman Sachs, но отказались в последнюю минуту (когда это происходило, агентство не сообщало).

Мексика начала покупать финансовую страховку от падения цен на нефть еще в начале 1990-х годов, после вторжения Ирака в Кувейт. За период с 2001 по 2017 год страна заработала на нефтяных пут-опционах $2,4 млрд: ее прибыль в периоды низких цен на нефть составила $14,1 млрд, а расходы на покупку опционов у банков и брокеров — $11,7 млрд, по данным Bloomberg. В моменты падения мировых цен на нефть в 2009, 2015 и 2016 годах инструмент хеджирования ценовых рисков принес Мексике прибыль в размере 0,3–0,6% ВВП, а в 2020 году она может получить более $6 млрд (0,5% ВВП), цитирует письмо помощника президента Орешкина источник «Интерфакса».

Мексиканская программа хеджирования является государственной тайной: правительство не раскрывает ни затраты на приобретение пут-опционов, ни количество нефти, цену которой оно хеджирует, ни контрагентов по этим сделкам. В последние годы Мексика сообщала только цену нефти, которую она гарантирует для себя через пут-опционы. По данным СМИ, продавцами таких опционов Мексике традиционно были американские и европейские банки (Barclays, Deutsche Bank, Goldman Sachs, Morgan Stanley), а также глобальные нефтяные компании, такие как Royal Dutch Shell.

Нужно ли хеджирование России

Если бы Россия хеджировала нефтегазовые доходы на условиях, сравнимых с мексиканскими (со страйк-ценами $55 за баррель на 2019 год и $49 за баррель на 2020 год), из ФНБ на хеджирование 2019 года было бы израсходовано в 2018 году 256 млрд руб., 2020 года — 305 млрд руб., то есть 6 и 10,3% от нефтегазовых допдоходов, перечисленных в ФНБ, — 4,3 трлн и 3 трлн руб. в 2018 и 2019 годах, цитирует письмо Орешкина источник «Интерфакса». Пополнение же ФНБ от результатов хеджирования в первой половине 2020 года составило бы 1,4 трлн руб. Аргументируя целесообразность такого механизма, помощник президента отмечает, что хеджирование позволит российской экономике спокойнее проходить периоды кризиса и падения цен на нефть.

На 2020 год Мексика заплатила $1 млрд, чтобы захеджировать 400 млн барр. экспортных объемов, напоминает старший аналитик БКС Виталий Громадин, но российский экспорт по крайней мере в три раза выше. Примеров покупки опционов на такие объемы еще не было, говорит он. «Хеджевая программа Мексики окупалась в последние годы, но если тратить по $1 млрд в год без каких-либо положительных экономических результатов, то было бы сложно обосновать такую стратегию», — подчеркивает эксперт.

«Конечно, не очевидно, сможет ли ФНБ заработать на хеджировании цен на нефть: предыдущие периоды падения нефтяных цен не означают, что в будущем произойдут такие же скачки», — отмечает аналитик Raiffeisenbank Андрей Полищук. Кроме того, пока премия за инструмент должна быть относительно небольшой, так как текущие цены близки к цене отсечения в бюджетном правиле. Но если рыночные условия или бюджетное правило существенно изменятся в будущем, то и уровень премии может сильно вырасти. «Так или иначе такой инструмент добавит стабильности ФНБ и снизит риски повышения налогов для экспортеров, но платеж за снижение рисков должен быть разумен», — указывает он.

Здесь возникает другой риск — основными игроками на рынке хеджирования являются американские банки, а санкционную риторику никто не отменял, замечает управляющий активами БКС Андрей Русецкий. «Европейские банки маловероятно что осилят такой объем. При объемах добычи России, если и будет принято решение о хеджировании поставок, то объем будет изначально небольшим», — полагает он. При этом стоит учитывать, что при спокойной ценовой конъюнктуре затраты на премию за хеджирование могут снижать размер ФНБ, считают в БКС.

Что касается «Роснефти», которая выступила с идеей хеджирования, то напрямую она не сможет заработать на предложенном механизме, указывает Полищук, добавляя, что наличие такого механизма позволит нефтяникам защититься от непредвиденных изъятий выручки. «Если доходы федерального бюджета сильно падают, правительство в срочном порядке ищет, чем компенсировать недостающие доходы, и повышение налогов для нефтегазовых компаний, очевидно, стоит первым номером в этом списке», — замечает аналитик. В результате нефтегазовые компании сами заинтересованы в стабильности ФНБ, который позволяет компенсировать недостающие средства бюджету в периоды низких цен на нефть, заключил Полищук.

Оцените статью
Liveq - Новости из мира бизнеса и маркетинга
Добавить комментарий